Российские журналы в Journal Citation Reports'2015

Вечером в пятницу вышла очередная редакция базы Journal Citation Reports'2015, содержащая в себе свежие данные по импакт-факторам журналов. Делимся кое-какими наблюдениями.

Количество российских журналов, имеющих этот заветный показатель, осталось неизменным - 150:
- Один журнал его лишилися;
- Один - Cytology and Genetics - сменил прописку, из российского став украинским;
- Ещё один - Macroheterocycles - получил импакт-фактор впервые;
- Один - Light and Engineering - вернулся после кратковременной его потери в прошлом году.

Приятное наблюдение, которое хотелось бы отметить сразу: у большинства российских журналов из тех, что раньше имели подозрительные показатели само- или взаимного цитирования, сейчас признаки подобных накруток наблюдаются куда реже.

Теперь пара частных успехов.

Physics-Uspekhi (2,606) - вернули себе статус самого высокоцитируемого российского журнала в абсолютном выражении, да и внутри своей предметной области (междисциплинарная физика) вернулись в первый, самый престижный, квартиль журналов.

Macroheterocycles (0,942) - тот самый журнал, который впервые получил импакт-фактор, и это - довольно редкий для России случай, когда журнал сразу стартует в Journal Citation Reports в третьем квартиле. Будем смотреть, как поведут себя показатели журнала в будущем, возможно, что мы имеем дело с восходящей звездой.

Всего же, из 190 российских журналов в Web of Science лишь 6 (на семом деле 7, но один - благодаря самоцитированию выше 50%) находятся в престижных первом и втором квартилям по импакт-фактору. Вот они:

Как видите, хорошие научные журналы в России есть, но их крайне мало - по последним оценкам разработчика Российского Индекса Научного Цитирования, компании elibrary.ru, общее количество россйских журналов приближается к 5000 и продолжает расти.

Это ещё раз подтверждает тезис, который я неоднократно развивал в этом блоге: попытки добавить как можно больше российских журналов в Web of Science едва ли повысят видимость российской науки в мире. Лучше будет, если шесть вышеуказанных журналов будут иметь аудитории в полмиллиона читателей по всему миру, чем стремиться иметь в Web of Science три сотни российских журналов тиражом в 2000 экземпляров каждый.

Мои пять копеек о фонде "Династия"

С точки зрения наукометрии вклад фонда "Династия" в российскую науку уже оценили на портале STRF и в "Троицком варианте". В последнем сделано интересное наблюдение - о том, что совокупный индекс Хирша поддержанных Фондом публикаций (всего с середины 2007 года, ведь именно с этого времени мы начали индексировать в Web of Science информацию о финансировании научных статей) сопоставим с аналогичным показателем у десятилетиями работающих академических институтов и университетов. Это действительно так, но давайте попробуем понять, что эти научные результаты означают в масштабах России.

Как обычно, для сравнения я использовал InCites: посмотрел на нормализованное среднее цитирование статей, поддержанных фондом Династия, и на этот же показатель по России в целом. И вот что получилось, изображение кликабельно:

Нормализованная средняя цитируемость публикаций, поддержанных фондом "Династия" (слева) и России в целом (справа). Верхняя гистограмма - показатель для самой популярной предметной области (и там, и там - физика), снизу - совокупный показатель. Среднемировой уровень равен единице.

Что там видно: цифры "Baseline for All Items" (совокупный показатель), к сожалению, представлен так, что его трудно разглядеть, я только что попросил нашу команду разработчиков это поправить, но цифры там такие: 0,88 для Династии и 0,61 для России в целом за тот же период. Это означает, что

Публикации, поддержанные фондом "Династия", цитируются в среднем почти на треть лучше (1-(0,61/0,88)=0,3), чем среднестатистическая российская публикация.

Физика приведена как самая популярная предметная область и для России, и для Фонда, там, как видно, тоже перевес в пользу последнего. Здесь важно оговориться, что "Династия" никак не участвует в финансировании тех самых экспериментов на Большом Адронном Коллайдере, участие в которых вознаграждается огромнейшим цитированием, но оценить индивидуальный вклад каждого участника в них становится всё труднее, и про которые я регулярно провожу аналогии с "нефтяной иглой".

Да, цифра 0,88 - это чуть ниже среднемирового уровня, но здесь надо также учитывать тот факт, что российские авторы чаще своих иностранных коллег публикуются в низкоимпактовых журналах с небольшими аудиториями, часто - на русском языке, что ограничивает возможности международного научного сообщества ознакомиться с результатами работ и потенциально на них сослаться. Над этим мы довольно активно работаем, проводя бесплатные обучающие семинары, где рассказываем о том, как сделать так, чтобы работы наших авторов цитировались, но этот процесс - скорее эволюционный.

И да, я иду завтра к 14:00 на Суворовскую площадь. Не как сотрудник Thomson Reuters, а как гражданин.

Анализ российских исследовательских институтов в InCites

К концу прошлого года данные по ведущим российским университетам в Web of Science были приведены в порядок, и мы решили наконец-то взяться за академические - и не очень - институты, начав с тех, кто публикует как минимум 200 статей в Web of Science Core Collection каждый год. С марта этого года выверенные данные по российским институтам доступны как в Web of Science, так и в InCites. И вот что по ним видно.

Сверху мы видим treemap (не нашёл русского перевода этого вида инфографики) десяти российских организаций, опубликовавших наибольшее количество результатов научных исследований в Web of Science за последние 20 лет, снизу - таблицу пяти ведущих организаций, содержащую, помимо показателей публикационной активности за это время, следующие индикаторы:

• нормализованной средней цитируемости этих статей;
• количества высокоцитируемых публикаций, написанных при участии сотрудников этих организаций;
• и процента публикаций, созданных в международном соавторстве.

Для наглядности я убрал из этих отчётов РАН и РАМН как головные организации, включающие в себя данные всех входящих в них институтов: во-первых, сами по себе РАН и РАМН статьи не пишут, во-вторых, на фоне РАН было бы плохо видно отдельные входящие в неё институты, в-третьих, у нас уже полтора года как ФАНО.

В итоге, практически ничего неожиданного обнаружить не удалось - несмотря на то, что МГУ публикует куда меньше работ, чем вся РАН вместе взятая, его публикационная активность гораздо выше, чем у любой из специализированных исследовательских организаций по отдельности, что полностью коррелирует с масштабом учреждений. Показатель нормализованного среднего цитирования же позволяет оценить качество исследований вне зависимости от размеров организаций. На картинке ниже приведены 11 институтов, опубликовавших за последние 20 лет хотя бы 3000 работ в Web of Science, и их нормализованная средняя цитируемость за этот период.

11 российских институтов, опубликовавших на последние 20 лет как минимум 3000 работ в Web of Science и лидирующих внутри страны по показателю нормализованной средней цитируемости этих работ. Единица - среднемировой уровень.

Можно и нужно радоваться за все институты, чьё цитирование оказалось выше среднего по России (0,53) за это время, и тем более - выше среднемирового уровня, но надо понимать, что большинство лидеров, в частности, Институт Физики Высоких Энергий, ПИЯФ, ИТЭФ, Объединённый Институт Ядерных Исследований, Курчатовский Институт и ФИАН - активные участники масштабных исследовательских проектов ЦЕРНа, про высокую цитируемость которых я писал здесь, правда, на тот момент применительно к универеситетам. Таким образом, вопрос "какой же институт в России цитируется хорошо кроме тех, что участвуют в исследованиях на Большом Адронном Коллайдере?" нас волновал с прошлого года, и мы с нескрываемой радостью нашли в этом списке Институт Теоретической Физики им. Ландау с показателем нормализованной цитируемости за последние 20 лет, равным 1,16 - то есть, на 16% выше среднемирового уровня, а также выше, чем у двух завсегдатаев Большого Адронного Коллайдера - Курчатовского Института и ФИАНа.

Нормализованная средняя цитируемость статей ИТФ им. Ландау в динамике. Единица - среднемировой уровень

К сожалению, высокие показатели цитируемости были у ИТФ им. Ландау где-то до 2008 года, после чего цитируемость статей института, стала, как и у большинства остальных в России, ниже среднемирового уровня, поэтому если мы посмотрим на тот же показатель не за 20, а за 10 или 5 лет - он будет скромнее, но сам факт того, что российские организации могут публиковать стабильно большое число высокоцитируемых исследований - это само по себе замечательно.

Отдельной группой здесь следует выделить химические институты - их много, они довольно активно, по российским меркам, публикуются, но, к сожалению, выделить из них какой-то один, который регулярно цитировался бы, например, на уровне Otto Hahn Institut из Общества Макса Планка, пока нельзя. В таблице ниже нормализованная средняя цитируемость - это колонка "Country Normalized Citation Impact", колонка Rank показывает место в России по публикационной активности за последние 20 лет.

Показатели публикационной активности, цитируемости, количества высокоцитируемых статей и международного сотрудничества ведущих российских химических институтов

Каждый из этих институтов мы можем рассмотреть в разбивке по предметным областям, журналам, совместным исследовательским проектам и авторам, чтобы понять, где их сильные и слабые стороны и как эти институты развиваются. Если мы найдём что-то особенно интересное по ним - я буду делиться наблюдениями здесь.

Что происходит с цитируемостью российских статей

Самое время отметить, что проблема с публикационной активностью России постепенно решается - пусть не так быстро, как хотелось бы, но второй год подряд мы смотрим в Web of Science и искренне радуемся: количество российских статей непрерывно растёт, и не просто растёт, а обновляет рекорд за рекордом. Наверное, мы радовались бы куда меньше, если бы не замечали столько людей, чьё отношение к библиометрии меняется с пассивного неприятия на "а что, полезная вещь!". Иными словами, с научной производительностью (или, если хотите, с видимостью отечественных исследований международному научному сообществу) дела начинают более-менее налаживаться.

Ежегодное количество публикаций российских учёных в Web of Science Core Collection, данные по состоянию на 13 марта 2015 г.

Окончательные цифры 2014 года мы сможем наблюдать в Web of Science летом, но уже сейчас видно, что количество статей за неполный 2014 год больше, чем за полный 2013й. 

Между тем, про серьёзные подвижки с цитируемостью российских работ говорить пока рано. Россия как плелась в хвосте списка стран по среднему цитированию одной статьи в Essential Science Indicators, так и плетётся по сей день. Вроде и работ за последние 10 лет опубликовано немало, и цитирований на них прилично, но если поделить первое на второе, чтобы оценить эффективность исследований - тут сразу 133-е место из 153-х.

Составление стран по среднему цитированию одной статьи, опубликованной за последние 10- лет. Источник: Essential Science Indicators по состоянию на 13 марта 2015 г.

Я уже неоднократно писал, что одна из ключевых проблем - в выборе журналов для публикации. Одно дело - опубликовать работу в вестнике родной исследовательской организации тиражом в 2000 экземпляров, и совсем другое - например, в New England Journal of Medicine, у которого более 600 000 читателей в 177 странах мира или, чего уж там, Nature, которые ещё 2 года назад оценивали свою онлайн-аудиторию в 3 миллиона уникальных читателей в месяц.

Как недавно было продемонстрировано на уровне университета, фокус на высокоимпактовых журналах может серьёзно повысить цитируемость, и нам ничего не мешает провести то же самое упражнение на уровне России в целом. Вот журналы в Web of Science, в которых российские учёные опубликовали больше всего статей с 2004 по 2013й годы. Как видно, публикации в большинстве из них тянут цитируемость России вниз, на это самое 133е место:

Нормализованная средняя цитируемость публикаций российских авторов, сделанных с 2004 по 2013 год в зависимости от журнала. Сортировка журналов проведена по количеству публикаций в них с российскими аффилиациями. Единица - среднемировой уровень.

А вот - те журналы, публикации российских исследователей в которых, наоборот, цитируются хорошо. По вполне понятным причинам, в списке доминируют Physical Review разных серий, что косвенно указывает на тот факт, что в большинстве предметных областей у нас всё ещё предпочитают публиковаться по принципу "где проще".

Нормализованная средняя цитируемость публикаций российских авторов, сделанных с 2004 по 2013 год в зависимости от журнала, отфильтрованы журналы, в которых за этот период было сделано не менее 1000 публикаций. Единица - среднемировой уровень.

В каждой предметной области журналы уже давно делятся на квартили по импакт-фактору: 25% наиболее уважаемых - в которые тяжелее всего попасть, 25% чуть послабее, но всё равно авторитетных и превосходно цитируемых, плюс ещё два квартиля, в которых шансы статьи быть хорошо процитированной есть, но на них уже негативно влияет меньшая аудитория журнала (которая, как правило, всё равно значительна, иначе что этот журнал делал бы в Web of Science?). Этот подход позволяет понять не только конкретному исследователю, но даже на уровне университета - где стоит публиковаться наиболее активно. Возьмём для примера органическую химию, скриншот из Journal Citation Reports:

Фильтрация журналов по органической химии, только первый квартиль, Journal Citation Reports

Как сотрудник Thomson Reuters, я не имею права сказать: "Перестаньте публиковаться в таких-то и таких-то журналах, а вот эти - наоборот хорошие, несите ваши статьи туда", - это создало бы некоторый конфликт интересов, но когда я слышу фразу "наша организация через 5 лет станет лидером в своей предметной области, ведь мы планируем добавить 8 наших журналов в Web of Science", я всеми силами пытаюсь убедить авторов таких решений подумать ещё раз. Во-первых - не факт, что эти журналы пройдут нашу процедуру отбора. Во вторых - сколько уникальных читателей у этих журналов в месяц? В-третьих - сколько журналов КалТеха или институтов Общества Макса Планка вы находили в Web of Science?

Международные научные проекты российских университетов

Сегодня мы поговорим о международных исследовательских проектах, в которых участвуют российские научные организации. Частично я уже касался этой темы, когда анализировал влияние участия в ЦЕРНовских проектах на цитируемость России в целом - и университетов в частности, но тема куда более глубокая. Чем ещё интересно международное сотрудничество в науке?

Особенность, которую мы с коллегами в Thomson Reuters отмечаем регулярно и по всему миру: результаты международных совместных исследований в среднем цитируются лучше, чем совместные проекты в пределах страны или города. Давайте посмотрим в InCites, что видно конкретно по России, для примера возьмём Томский Политехнический Университет и посмотрим, с кем в России сотрудники ТПУ работали наиболее активно:

Самые популярные российские научные партнёры Томского Политехнического Университета. Число в круге - количество совместных статей с 2004 года.

Как видно, самое большое количество совместных проектов у ТПУ было с институтами РАН и с расположенным буквально через дорогу ТГУ. Как цитировались эти статьи?

Нормализованная средняя цитируемость совместных проектов ТПУ в России. Единица - среднемировой уровень.

При этом, нормализованная средняя цитируемость самого ТПУ за это время составляет 0,38. Интересно, что совместные работы с самым высокоцитируемым российским университетом - НИЯУ МИФИ - оказались самыми низкоцитируемыми из выборки, также интересен тот факт, что ни в одном из кругов мы не видим числа больше единицы, то есть, в среднем все коллаборации ТПУ внутри России цитируются ниже - или кое-где даже существенно ниже - среднемирового уровня. Самыми успешными оказались 14 совместных статей с МГУ.

Теперь международные проекты.

Самые популярные международные научные партнёры Томского Политехнического Университета. Число в круге - количество таких статей с 2004 года.

Тут плотность результатов гораздо выше, но интересно не это. Интересно вот что:

Нормализованная средняя цитируемость международных проектов ТПУ. Единица - среднемировой уровень.

Надо заметить, что не каждый совместный проект с иностранной организацией обречён на высокую цитируемость - ТПУ повезло с партнёрами, в частности - с Университетом Минессоты, центрами Объединения Гельмгольца и Майнцским Университетом Иоганна Гутенберга. И это неплохая идея для дальнейшего развития науки в российских научных организациях: более активная интеграция в международный исследовательский процесс, при которой во главу угла ставится выбор наиболее авторитетных или эффективно работающих институтов и университетов в тех предметных областях, в которых наши организации хорошо себя проявляют и, следовательно, могут быть интересны иностранцам как потенциальные партнёры.

Было бы великолепно, если бы российские организации имели потенциал для совместной работы друг с другом, позволяющий проводить действительно прорывные научные исследования, которые, в свою очередь, потом регулярно попадали бы в списки самых высокоцитируемых работ, но пока сколько-нибудь значительного количества примеров подобного сотрудничества мне обнаружить не удалось.

На всякий случай я ещё раз приведу врезку о том, что такое нормализованная средняя цитируемость, один из важнейших наукометрических показателей, который показывает, хорошо или плохо цитируются научные статьи - и, главное, позволяет сравнивать результаты исследований в разных предметных областях.

2,44%: Февраль 2015

Ну, вот мы и в 2015м году. Напомню, "задача 2,44%" была поставлена как:

"Увеличение к 2015 году доли публикаций российских исследователей в общем количестве публикаций в мировых научных журналах, индексируемых в базе данных «Сеть науки» (WEB of Science), до 2,44 процента."

Вынужден признать, что чем дальше, тем больше трактовок этой задачи мне приходится слышать. Именно поэтому с этого года я решил остановиться всего на одном показателе: я беру общее количество документов из Web of Science Core Collection (на момент выхода указа база называлась просто Web of Science) и выбираю из них только те, на которых в качестве адреса указана Россия, затем делю второе на первое. Получается вот что:

Некоторая часть статей 2014 г. ещё будет добавлена в базу, что означает, что показатель 2014 года снова окажется историческим рекордом. Для сравнения - на эту дату год назад мы имели "всего" 31875 статей 2013 года.

Ровно через месяц мы узнаем, случайным было "проседание" публикационной активности России в феврале 2013 г., или же это ежегодное явление. А пока разбивка по месяцам выглядит следующим образом:

2,44%: Декабрь 2014

Заключительная статистика по 2.44% в этом году.

Декабрь оказался рекордным месяцем в плане публикационной активности с тех пор как мы начали смотреть еженедельные данные по Web of Science, то есть, с марта 2013 года.