2.44%: Сентябрь 2014

Очередные данные по достижению 2.44% по состоянию на конец сентября.

Впервые с начала этого года видно положительную динамику по сравнению с предыдущим годом. Тут возможно два варианта: либо в отечественной науке действительно начинаются качественные изменения публикационной культуры, либо это - статистическая погрешность. Я склоняюсь к первому варианту и вот почему.

Если мы посмотрим историю ежемесячных срезов относительного количества российских работ в Web of Science за 2014й год, которые я делал с марта, получается следующая картина.

Полагаю, это связано с бОльшими сроками получения нами данных от российских журналов, чем от международных, из-за чего в начале года относительное количество российских статей меньше. По этой же причине окончательные цифры публикационной активности интересующего вас года можно увидеть в Web of Science ближе к середине следующего года. Пока это всего лишь догадка, в течение ближайших шести месяцев мы сможем её проверить и, по-моему, единственное, что может этому помешать - это если маятник настроений научного сообщества качнётся обратно в сторону изоляции российской науки от мировой.

Не могу не упомянуть об этом, поскольку меня настораживают разговоры о том, что "международные издательства сговорились против российских учёных и перестали принимать российские статьи". Учёному, у которого отсутствует внутренняя мотивация опубликоваться для как можно более широкого круга читателей, очень удобно утверждать подобные вещи, ведь это освобождает от необходимости публиковаться в хороших журналах, да и проверить эту информацию практически невозможно (вспомним критерий Поппера?).

Всё умное по теме подобных санкций сказано в двух очень хороших статьях "Троицкого Варианта" здесь и здесь.

Соотношение процитированных и непроцитированных работ у ведущих российских университетов: часть III

Прошло полгода с того момента, как я впервые попробовал оценить этот показатель у университетов проекта "5-100". Что приятно удивляет: в ходе наблюдений лидирующая тройка не меняется - это по-прежнему НГУ, МИФИ и МФТИ. Это ещё раз подтверждает исходную догадку, что метод с ограничениями, но подходит для распознавания возникающих тенденций роста (или снижения) эффективности исследований до того, как его можно будет увидеть на основе других, более распространённых показателей.

Соотношение процитированных и непроцитированных работ университетов-участников проекта "5-100"

После ведущей тройки плотность результатов довольно высокая, и, особенно за прошедший квартал, позиции остальных участников относительно друг друга успели поменяться гораздо сильнее, чем я ожидал. Радует, тем не менее, что у большинства университетов-участников проекта этот показатель выше среднего по России (на момент написания статьи - 31.46%).

Как я писал в своей первой статье на эту тему, метод, в силу особенностей поведения цитирования в общественных науках, практически неприменим к Высшей Школе Экономики. Первые данные по цитированию статей этих университетов, опубликованных в 2013 г., уже доступны в InCites, и там мы можем посмотреть тот самый показатель нормированного цитирования, который применяется в рейтинге Times Higher Education. По нему ВШЭ можно смело относить к четвёрке лидеров среди университетов "5-100". Единица - среднемировой уровень.

Ведущие российские университеты по показтелю нормированного цитирования статей 2013 г.

Причём, такая цитируемость - нормированная по предметной области, году публикации и типу документа - наблюдается у них не только в 2013м году.

Динамика нормированной цитируемости статей, опубликованных с 2006 года

В прошлой, второй статье на эту тему, я упоминал, что уже коплю данные по соотношению процитированных и непроцитированных статей за 2014й год, но по-прежнему считаю, что по этим данным какие-то выводы делать рано. Тем не менее, и там ведущая тройка вместе с НИТУ "МИСИС" и Санкт-Петербургским Политехническим Университетом занимает верхние строчки.

Интересные наблюдения получились с соотношением работ 2013 и неполного 2014 года. Поскольку более половины от ожидаемого количества работ 2014 года уже добавлена в базу, мы можем не только выделить лидеров роста публикационной активности среди университетов в этом году, но и предсказать, сколько статей в Web of Science у них будет по итогам 2014 года (что можно будет увидеть в Web of Science в июне 2015го).

Прогноз показателей публикационной активности университетов

Иными словами, имеется некоторая вероятность, что НГУ по итогам года вплотную приблизится по показателю научной продуктивности к СПбГУ, у которого на настоящий момент за 2014 год имеется 770 статей.

Следующий обзор на эту тему - и уточнённый прогноз показателей публикационной активности университетов - в начале декабря.

2,44%: Август 2014

Очередное обновление статистики по 2,44%. Срез данных по состоянию на 28е августа.

На сегодняшний день имеем 17499 российских статей 2014 года. Год назад в этот день статей 2013 г. было чуть меньше - 16861.

2,44%: Июль 2014

Очередное обновление статистики по 2,44%. Срез данных по состоянию на 31 июля этого года.

Российские журналы в свежей редакции Journal Citation Reports

Как я писал во вчерашнем посте, сегодня ночью вышла обновлённая редакция Journal Citation Reports - базы данных, содержащей, помимо всего прочего, наиболее распространённый индикатор авторитетности научных журналов - импакт-фактор.

Российских журналов, коих в прошлом году там было 154, теперь чуть поубавилось: шесть журналов вылетело, один журнал получил свой первый импакт-фактор и ещё один "переехал", иными словами - поменял прописку в Journal Citation Reports, с Шотландии на Россию - то есть, теперь мы имеем 150 российских научных изданий. Оговорюсь - в Web of Science российских журналов больше, а те, кто сейчас не имеют импакт-фактора - это либо издания гуманитарного профиля, либо совсем недавно добавленные, по которым данных для расчёта этого показателя пока не накопилось. Приводить здесь полный список российских журналов с их импакт-факторами я не буду, поскольку база доступна по подписке, но некоторыми наблюдениями поделюсь.

Самоцитирование

Идеи издательств повысить импакт-фактор журнала, обязав присылающих статьи авторов ссылаться на предыдущие материалы этого же журнала, столь же стары, сколь и примитивны. Journal Citation Reports уже давно позволяет отслеживать, каким был бы импакт-фактор журнала без самоцитирования. У некоторых изданий импакт-фактор подрос значительно, иные даже вышли в топ-5 в России по этому показателю. Не будучи экспертом по взаимоотношениям между издателями и авторами, не имею морального права утверждать, что все эти журналы выдвигают требования о цитировании своих же статей, но цифры говорят вот что:

Более того - инструментарий Journal Citation Reports позволяет смотреть, откуда именно приходили цитирования на статьи того или иного журнала в том или ином году, что даёт возможность даже неискушённому пользователю оценивать "взаимное" цитирование журналов - которое, хоть и не регистрируется как самоцитирование, но тоже входит в набор недобросовестных практик отдельных издательств. Со всеми такими случаями мы боремся вплоть до отзыва у журнала его импакт-фактора. В этой связи очень приятно видеть сразу несколько российских журналов - не буду переходить на личности, - расставшиеся с такой практикой, пусть даже и ценой существенного снижения своих импакт-факторов.

Лидеры роста

C чувством глубокого пиетета привожу также двух настоящих лидеров роста - журналы, которые смогли значительно поднять свои импакт-факторы без злоупотребления само- или взаимным цитированием:

Если рост импакт-фактора журнала Russian Mathematical Surveys вызван, помимо прочего, существенным сокращением количества статей, то есть, знаменателя дроби, по которой рассчитывается импакт-фактор, то Acta Naturae хочется выделить особо - журнал довольно новый, и это, на мой взгляд, - то, чего сильно не хватает российской науке: хороших журналов, создаваемых по международным стандартам и чьи редколлегии учитывают международный опыт и активно пытаются перенять его. Неплохая идея для стартапа, кстати.

Добро пожаловать в клуб!

Ну и, наконец, журнал Markov Processes and Related Fields, который мы расписываем с 2011 г. и который впервые получил импакт-фактор. Значение его - 0,357 - пока не очень велико, но со своей стороны надеюсь, что сценарий Acta Naturae будет повторяться.

Зачем нужен импакт-фактор

Импакт-фактор используется как показатель авторитетности или влиятельности научного журнала уже почти 40 лет. Причины его популярности просты - он был первым, он лёгок в понимании, а данным, на которых он рассчитывается, доверяют. Но, как и любой другой наукометрический индикатор, использовать его нужно аккуратно: всё больше людей в России и СНГ уже понимают, что в разных областях знания импакт-факторы разные, и, следовательно, сравнивать журналы по импакт-фактору надо только в рамках одной предметной области. При этом, проблемы начинают возникать тогда, когда импакт-фактор начинают использовать для оценки научной деятельности учёных.

Логика этого стремления понятна: если мне удалось опубликоваться в журнале с импакт-фактором X, это говорит что-то о качестве моей работы уже сегодня, и мне не надо ждать пары лет (опять-таки, в иных областях - и до пяти), пока мою работу процитируют, и о её качестве можно будет судить. Тем не менее: при оценке деятельности учёного мы должны оценивать именно результаты его работы, в то время как импакт-фактор - это показатель качества самого журнала, но ни в коем случае не статьи.

Вот распределение частот цитирований более чем 200 статей одного из российских журналов с импакт-фактором около единицы, опубликованных в 2012-13м гг.:

Получается, что если оценивать мою работу только по импакт-фактору - вне зависимости от того, была моя работа в этом журнале процитирована 0, 1, 15 или 18 раз - я получу в зачёт единицу, хотя чуть более четверти всех рассматриваемых работ были реально процитированы лишь однажды. И чем больше импакт-фактор у журнала и чем больше статей он публикует ежегодно - тем значительнее будет разница между импакт-фактором и реальной цитируемостью случайной его статьи.

Именно поэтому мы настоятельно не рекомендуем использовать импакт-фактор для оценки деятельности автора, организации или страны в целом.

Для чего импакт-фактор хорош применительно к учёным - так это для выбора журнала, в котором стоит опубликоваться, а применительно к руководству научных организаций - для стимулирования публикационной активности. МГУ, например, уже не первый год практикует доплаты своим сотрудникам за публикации в 25% наиболее высокоимпактовых журналов в каждой предметной области, да и большинство российских университетов проекта "5-100" практикуют нечто подобное.

Сегодня ночью выходит обновлённая редакция нашей базы Journal Citation Reports, где, как уже анонсировано, 246 журналов со всего мира получат свой первый импакт-фактор.

И пара полезных ссылок:

Запись базового веб-семинара по Journal Citation Reports

Запись продвинутого веб-семинара по Jounral Citation Reports

2,44%: Июнь 2014

Очередной последний четверг месяца и очередное обновление данных по 2,44%

По абсолютным показателям идём с опережением прошлогоднего графика, но стоит помнить, что и общее количество статей в Web of Science год от года растёт, поэтому относительные показатели России смотрятся скромно по сравнению с 2013м годом.

Очень хорошая еженедельная динамика была в течение последнего месяца. Если бы такая статистика - около 850 новых документов еженедельно - была каждую неделю, то 2.44% достигли бы уже в этом году.